Понедельник, 8:24 18 Дек 2017

Сайт обновлен15.09.2017

Вы здесь: Главная страница Ветераны сегодня Ветераны о себе Хочется, чтобы радость была

Хочется, чтобы радость была

В армии Антона Меринова называли «Док», т.е. доктор. Воинская часть 21208, куда он попал солдатом-срочником, дислоцировалась в посёлке городского типа Рощинское Приволжского военного округа. По традиции, служба началась с присяги и обучения – Курса молодого бойца. «Это плац, это муштра, – рассказывает рядовой Меринов, – значит, порезы, мозоли. В медсанчасть не набегаешься. Ещё подумают, что от службы «косишь», вот и стали обращаться ко мне. Всё-таки свой профессионал, а медпунктом и каптёрка послужить может».

Антон к тому времени был уже кадровым медиком. После 11 класса, в 1999 году, поступил в Екатеринбургское медицинское училище. Живя три года в общежитии и получая специальность «лечебное дело», он подрабатывал, где мог: на скорой, в больнице санитаром, грузчиком… День и ночь – сутки прочь. Так что после распределения работа медбратом в отделении больницы города Кировград, расположенного недалеко от родного Верхнего Тагила, показалась свободой. Но только-только начавшаяся после школы и училища относительная свобода внезапно закончилась. Осенью 2002 пришла повестка в армию. «В больнице предложили сделать отсрочку, – вспоминает Антон, – чтобы поступил куда-то в институт, в академию. В то время ещё академия была, это сейчас университет медицинский. Но я отказался. Пойду в армию! Надо отслужить!». Провожали Антона всей больницей. Он и работал до последнего. Уволился по статье «В связи с призывом в армию»!  Так и в трудовой записали.

Уверенность в том, что попадёт либо в медсанбат, либо в медроту, быстро рассеялась: медики в армии были вольнонаёмными. «Определили в обычную линейную роту. В обычные войска», – улыбается Антон.

Лукавит! Потому что Третья отдельная Гвардейская Варшавско-Берлинская Краснознамённая ордена Суворова третьей степени бригада специального назначения всегда была в армии на особом счету. О ней ходили, да и до сих пор ходят легенды, что бойцы этой бригады участвовали во всех локальных конфликтах, во всех войнах, выполняли особые задачи, проводили контртеррористические и диверсионные операции. Поэтому и подготовка бойцов спецназа ГРУ отличается от подготовки в других частях. Экзамены по военному делу – повышенной сложности, а на Рощинском полигоне, где прошёл подготовку и Антон Меринов, имеется полоса препятствий, имитирующая горную местность.

Тайна разведки началась с распределительного пункта Егоршино. Предполагавшие, что попали в ВДВ, у «покупателя» были петлицы этого рода войск, призывники округлили глаза, увидев на плацу аббревиатуру спецназа и символы третьей отдельной бригады специального назначения: волка, тройку (третья бригада), парашют и летучую мышь.

«Вот так и празднуем три праздника, положенные бойцам нашей бригады спецназначения ГРУ: 2 августа – День Воздушно-десантных войск. 24 октября – День подразделений специального назначения Главного разведывательного управления России. И 5 ноября – День военного разведчика в России», – смеётся бывший срочник.

По словам Антона, в части у них было спокойно: «Деды, конечно, были. Старослужащих-то никто ведь не отменял. Но жёстких столкновений не было, т. к. часть боевая. А вот рассказов – море. Мы, молодые, неопытные, зелёные, а у нас контрактники, командиры отделения – кто в Югославии был, кто с первой Чеченской вернулся, были и такие, кто миротворческие миссии в Афганистане выполнял и посольствам безопасность обеспечивал. Послушать было что». Это наставничество сформировало решение поехать в Чечню. Антон написал рапорт: «Желание было осознанное, всё-таки в армию попал уже в 21 год. С одной стороны, себе хотел доказать, что смогу. А с другой, вся бригада туда ездила». Бригада – это два отряда: 509 и 512, которые меняли друг друга через полгода, вливаясь в сборный отряд на месте постоянной дислокации в Чечне в населённом пункте Энгеной. Целью сводного отряда спецназначения было прочёсывание квадратов местности, обнаружение живой силы противника, уничтожение схронов. О выходах групп наших бойцов численностью в 13-20 человек рассказывать не принято.

В Энгеной Антон попал в 2003 году. Осень, зима, весна – почти во все времена года успел послужить в Чечне. Быт, палатки, обустройство. Постоянное ощущение, что ты там чужой. Надо было приспосабливаться. Впечатлений много, даже от природы. До сих пор вспоминается месиво, по которому приходилось передвигаться: «Эта каша из глины! Ощущение непередаваемое! Когда после командировки встал на бетонку – небо и земля!» Или: «Бывало и такое. Снег. В трусах и валенках подстригаешься и загораешь. Курорт! Климат другой, дышится по-другому! Если бы не эти конфликты!»

В памяти остался и пограничный посёлок Алмак, где предотвращали переход боевиков через границу. Ждали полтора месяца.

В любом месте, в любое время на плече бойца Меринова, кроме основного снаряжения, была сумка, как и положено внештатному санинструктору. В ней зелёнка, йод, пластыри, бинты, а ещё марганец: «Кроме ран и другие проблемы были. Грибок лечили. Стрептодермия у ребят была ужасная: климат кому-то вообще не шёл. В сапогах девять месяцев. Ноги гнили страшно».

Ходил на учёбу в медсанчасть и на ночные стрельбы. «И не уставал, – утверждает Антон, – честно. Здоровья было много. С детства, наверное. И в секции каратэ занимался, и в футбол, и в баскетбол играл, плавал. В юности увлёкся туризмом: по лесам, по горам ходили, сплавлялись по рекам. Вода притягивала, а потом в армии – безводный край, степи. Без ёлок, без сосёнок. Бывало, не такая уж низкая температура, а промерзало всё абсолютно».

После командировки в Чечню положенный отпуск 20 дней. После него оставшиеся три месяца дослуживал командиром отделения. «Отношение окружающих, – вспоминает Антон, – заметно изменилось. Ты старослужащий, дембель, в командировку в Чечню съездил. И к тебе уже стали прислушиваться. К тому же, из нашего призыва сформировался крепкий костяк, к которому молодые тянулись. Часто задавали вопросы, как в ваше отделение, в роту попасть?»

Справедливый, в меру жёсткий, он вызывал доверие и в короткий срок это доверие оправдывал. К тому же, всегда умел ценить тех, кто рядом: «У нас в бригаде все ребята были достаточно скромные. Незаносчивые. В грудь себя не били и не бьют – вот мы какие! С сослуживцем Александром Четвериковым, с которым живём в одном городе, пронесли дружбу через мирное время. Общаемся семьями. Он человек надёжный, на которого в любом деле можно положиться».

На сегодняшний вопрос, что для него армия, Антон делится: «Для меня армия – это учёба, учёба и учёба. Лето – это стрельбы. Выходы. Стрелял из всего, что в руки попадёт: у нас рота спецвооружения. А лично у меня – автомат Калашникова. Армия – это прыжки с парашютом. У меня их больше десяти, но хотелось бы ещё. Это неописуемо: три секунды свободного падения. Тишина, красота. Хоть зимой, хоть летом. Интересно!»

Армия – это непредсказуемые, незабываемые и по прошествии многих лет ситуации. Забудешь ли, как зашивали раны собаке: «Командир свою собаку бойцовской породы припёр. Разодралась с другой. Вечер. Лето. Жара. Никого нет. Есть только дежурный фельдшер. Антон, может, поможешь? Дали мы ей обычный эфир, сымпровизировав маску из ваты и обрезанной пластиковой бутылки. На бок собаку, а она вся распластана, изгрызена. Смотрим – она уже спит. Зашиваем. Я одну лапу шью. Фельдшер вторую. Ничего. Собака жива!»
Или другой случай, который кому-то, возможно, покажется забавным: «Ехали через посёлок. Мирное-то население везде хорошее. Бабка одна на машину, на «Уралах» ездили, ведро груш подаёт. Ну, командир, конечно, напрягся: груши по полу рассыпал – мало ли что. Съели мы эти груши потом».

В армии Антон Меринов служил два года. Увольнялся зимой 2004. Предложили контракт. Выходило, что либо в командировку надо ехать, т.е. не в своей части служить, либо куда-то миротворцем, либо обратно в Чечню. Долго думал. Годы бегут. Надо учиться! И поехал домой.

Жизнь после армии у Антона стала более напряжённой. Когда приехал, сразу устроился медбратом в приёмный покой хирургического отделения 27 больницы в Екатеринбурге. И, не обращая внимания на скептические «да зачем тебе это», решил во что бы то ни стало поступить. Он просто бредил медицинским.  Зимой 2005 нашёл репетитора по химии. По русскому и биологии готовился сам. Читал, писал, конспектировал. Ходил по школам, договаривался, сидел на уроках на последней парте. А на работе всё интересовался у подрабатывавшей медсестрой студентки пятого курса академии: а как вот там учиться? На что получал ответ: «Если будешь учить, стараться, никто тебя не выгонит!»

В том же 2005 написал заявление, принёс рекомендательное письмо из части. И сдал экзамены! Химию и русский на «4», биологию на «9» баллов по десятибалльной системе. Так что и по конкурсу бы прошёл.

Учился в Уральской государственной медицинской академии семь лет: шесть дней в неделю. Тяжело, конечно, было, но интересно. «Да ведь и в кружки я ходил, – словно удивляется сам себе Антон. – С четвертого курса на хирургию и на акушерство-гинекологию. Целый год был старостой студенческого научного общества «Акушерство и гинекология». Получил «автомат» по этому предмету».  К тому времени он для себя решил, что выберет хирургию, но вот какую, долго колебался. И всё-таки, когда пошёл в интернатуру, остановил свой выбор на специализации «Акушерство и гинекология».

Сегодня врач акушер-гинеколог Меринов Антон Анатольевич помогает появляться на свет детям Новоуральска. По-прежнему большая часть времени уходит на помощь людям. Но доктор Меринов не был бы сам собой, если бы замкнулся только на работе. Вместе с женой Оксаной он воспитывает любимую дочку Софию. Помогает маме обрабатывать огород. Ездит на рыбалку. Высаживает под окнами городских высоток сливу, вишню и кедры, потому что «хочется чего-то нового, чтобы радость была». В Союзе ветеранов боевых действий занимается организацией мероприятий, сам принимает в них горячее участие: например, на Новый год ездил дедом Морозом сначала к родителям погибших. Затем детей ветеранов локальных конфликтов поздравлял. «Поздравил и детишек коллег по работе, – как ребёнок, радуется Антон. – Целую программу составлял. Приезжаешь, поздравляешь – красота!  Возвращаясь домой, костюм не снимаю. Выхожу из машины, а на площадке детвора: «Дедушка!» Подхожу, конфетами угощаю! Красота! Все знакомые, а никто меня не узнаёт: борода всё-таки и усы!»

Среди любимых увлечений Антона Меринова – охота. Путёвку он берёт ежегодно. Накануне выделенного дня начинает подготовку, которой уделяет особое внимание: собирает рюкзак, просматривает одежду. Снаряжение должно быть безупречным и сбалансированным, чтобы охотника не перетянуло. Патроны предпочтительнее не заводские, а заряжённые самим. Уходит в лес один на целый день. «Встаю спозаранок, возвращаюсь чуть ли не за полночь. Вот я и отдохнул, – делится сокровенным Антон. – Животных стараюсь не стрелять, больше по неживым мишеням пристреливаюсь.  Раньше дед у меня два патрона за сезон тратил. По необходимости. На коз ходил, на косуль. А мы! Сейчас оружия сколько! А людям мира и радости надо!» 

«Мы в ответе за всё, что нас окружает», – так и слышится в каждом слове этого весёлого, но очень ответственного за свои поступки человека!

Фото: pixabay.com

BLOG COMMENTS POWERED BY DISQUS